Временное затишье

ОКНО В ДОНБАСС
Двухдневное перемирие окончено. Очередное затишье началось неожиданно,
а закончилось - слишком предсказуемо. После адской недели в Донецке и Макеевке никто не надеялся, что активные боевые действия закончатся так скоро. До срока договорённого в Минске отвода вооружений оставалось 2 дня, но снаряды перестали падать в мирных кварталах. Тишина казалась чем-то невероятным. Предыдущая горячая зима закончилась освобождением Углегорска и Дебальцево. На этот раз все ждали чего-то похожего, но вдруг тишина. Воспользовавшись затишьем я решил отправиться туда, где ещё в четверг украинские снаряды выжигали всё живое.

Последствия «ночи ужаса»
Проснуться 3 февраля получилось не всем. Для кого-то в Донецке второе февраля стало фатальным. Однако те, кто проснулись не могли поверить, что это была реальность, но привкус крови и запах пороха говорили об обратном. Вооруженные силы Украины открыли огонь из всех имеющихся орудий. Жертв избежать не получилось. Донецк и другие города Республики ощутили на себе артиллерийский удар, который ВСУ нанесли по автостанции "Мотель".

Это был обычный вечер, если не считать ожесточенных боев на окраинах. Но даже к этому привыкаешь. Держишься ближе к коридору. Там уже приготовлен плед, тревож-ная сумка с документами и всем необходимым, ноутбук с включенной перекличкой и надеждой на то, что снаряд не угодит в твою квартиру. В какой-то момент все мы расслабились. Снова тишина. Можно вернуться в комнату и устроиться на уютном и таком родном диванчике. После холодного пола в прихожей это место может показаться чем-то из райских наслаждений.

Затишье оборвал громкий разрыв. Буквально днём я слышал падение снарядов ВСУ
в пятистах метрах от жилых домов в Киевском районе, где живут старики, женщины и дети, но этот взрыв не был похож на звуки на севере города. Он был мощнее.

Он заставлял сорваться с места и бежать в импровизированное убежище, которое вряд ли могло спасти от взрыва такой силы. Пробегая, я заметил, как столб огня поднялся ввысь и осветил темную ночь. Зарево. Подобное я видел только на видео, когда по Донецку ударила "Точка "У"". На удивление окно осталось цело. Я до сих пор не могу понять, как это возможно, потому что в здании ВНИИВЭ не осталось целых стёкол.
Опытный военный корреспондент "Комсомольской правды" Александр Коц был поражен последствиями артудара ВСУ, о чем написал в своей статье "Донецк. Ночь ужаса":

"Разрушения поражают. Вокруг автомобильного круга словно гигантской косой срезало все постройки. Справа был популярный магазин военного снаряжения. Его больше нет, от здания остались одни руины. С другой стороны — жилые одноэтажные дома. У них больше нет крыш. В общаге напротив жили беженцы из обстреливаемых Киевского и Октябрьского районов. Сейчас они спешно вытаскивают свои вещи на улицу, к военным «Уралам». Их переселят в другое место".

Днём я был свидетелем того, как стариков спасают из объятого огнём Киевского района и перевозят в Калининский, чтоб артиллерия противника не достала. Но даже здесь им не найти покой. Утром я увидел, что произошло на "Мотеле". Коммунальные службы Донецка во всю разгребали осколки, срезанные осколками ветви, сорванные билборды, разбросанные остатки "Камуфляжа" (военторга). Подобное я видел лишь в фильмах-катастрофах. В это было тяжело поверить, но ВСУ смогли удивить повидавших жителей Донецка. Параллельно с ударом в Калининском районе, ВСУ выжигали остатки Киевского. Местные выкладывали в интернет пылающий строительный рынок недалеко от железнодорожного вокзала Донецка. Всё это было слишком похоже на то, что было зимой 2015-го. После этой ночи все готовились к худшему. Но вместо продолжения кровавой бойни наступило пугающее затишье.
Шли третьи сутки перемирия
Выходные прошли спокойно. Постепенно администрация города пыталась стабили-зировать ситуацию в Донецке: восстановить подачу воды, тепла и электричества во все районы. Я решил воспользоваться перемирием и отправиться к железнодорожному вокзалу.

На остановку "Главпочтамт" подъехала привычная всем дончанам фиолетовая "Двойка". Маршрут сокращали из-за непрекращающихся обстрелов ВСУ. Троллейбусы разворачивались на больнице №20. Но маршрут вернулся прежнему режиму работы, когда наступило перемирие. Днём в час-пик "двойки" забиты. Мне пришлось пробиваться через толпу студентов и пенсионеров. Занял свободное место. Троллейбус тронулся. Голос в динамике призывал сообщать в МЧС ДНР о найденных неразорвав-шихся снарядах или взрывных устройствах. Мы подъехали к остановке "ТК Маяк".
Это одно из моих любимых мест, так как здесь можно найти практически любую книгу.
Я мог быть здесь, когда артиллерийский снаряд врезался в землю недалеко от остановки. Многим из нас повезло 31 января. Воронка от попадания осталась позади и мы приближались к ЖД вокзалу.
На выходе из троллейбуса, в нос ударил запах гари. Несмотря на то, что ночь ужаса осталась позади, последствия после неё давали о себе знать издалека. Я обратил внимание на местных. Их было много. Даже больше, чем я мог себе предположить. Старики, женщины, дети. Все они мирно выходили из продуктового, стояли на остановках, шли домой с работы и учебы.

Обычная жизнь, как в любом другом городе. Но здесь жизнь была особенной. Чудесной. Как растение, которое пробивается сквозь толщу бездушного асфальта к солнечным лучам, так и жизнь во время войны стремится к миру.

Рынок не работает. Все контейнеры закрыты. Торговцы не спешат возобновлять работу. В любой момент они могут стать жертвами обстрела. Я зашел на территорию рынка. Послышались мужские голоса. Двое мужчин стояли у контейнера с лампочками.

- Что вы ищите, молодой человек?,- поинтересовался один из них.

- Тут на прошлой неделе были прилёты.

- Это на другом ряду. Там уже убирают. Вам туда, - он указал на крайний ряд.

Там, куда меня направил продавец лампочек, группа людей убирали остатки
торговой точки. Грузовой автомобиль увез покорёженные металлоконструкции.
Я не стал приставать с расспросами к рабочим. Не хотелось отвлекать их от работы. Сделал несколько кадров и пошел в сторону соседних домов, которые так же
пострадали от обстрела.

Воронка от мины зияла рядом с многоэтажным домом. Должно быть до войны квартиры в этом доме могли стоять очень дорого. Никто не думал, что соседство с Донецким аэропортом станет карой. Маленькие ранки от осколков в обшивке дома вели мой взгляд к окнам. В одном из уцелевших окон я увидел женщину, которая тут же спряталась увидев в моих руках камеру. Не все хотят попадать в кадр. У каждого свои причины, но чаще всего это нужда пересекать линию разграничения. Многие боятся, что если станут фигурантами сюжетов российских телеканалов или "сепаратистских" ресурсов, то у СБУ найдутся причины их задержать во время прохождения украинского блокпоста.

Мимо прошла молодая мама с маленьким сыном. Девушка показывала мальчику заколоченную листами ДСП аптеку. Вывеска изрешеченная. Лекарства здесь уже
не купить. Щёлк. Фотография аптеки появилась на экранчике моей камеры.
Всё вернулось на круги своя
Я был рад, что было тихо. Мне хотелось написать позитивный текст. Внутри я надеялся на то, что я ошибался, что эта активная фаза продлится долго и должна иметь логическое завершение, как это было в 2015-м. Но вечером украинская артиллерия вновь ударила
по Донецкой Народной Республики. Вновь с линии фронта стали приходить тревожные сообщения. Украинская сторона стягивает тяжелое вооружение и ведёт обстрелы при-фронтовых населённых пунктов, готовится провокация в Мариуполе, под огнём Ясиноватский блокпост. Всё вернулось на круги своя.

Война продолжается.
Украина не отпустит Донбасс.
Киеву нужна кровь...
Денис Григорюк / Мысли вслух / 08 февраля 2017